Благоволение

---

Довольно большая подборка гравюр выдающегося японского художника Хаманиси Кацунори (род. 1949), находящаяся сегодня в галерее «Евразия», пополнилась еще несколькими интересными работами. Одна из них – гравюра «Благоволение». Она была создана в 2026 году (эпоха Рэйва 令和, с 2019 г.) в технике меццо-тинто, о которой подробно мы писали ранее.  При ее создании гравюры автор использовал позолоту (поталь). 

На нижней кромке листа карандашом нанесена авторская подпись: в левом углу обозначен тираж гравюры 11/50, что означает, что данный лист – 11-ой оттиск из 50. Такой малый тираж позволяет художнику контролировать качество и художественную ценность каждого оттиска и делает каждый отпечаток самостоятельной авторской работой
В центре листа – авторское название на английском языке «Auspices» («Благоволение»). Справа – подпись художника К. Hamanishi и дата – ’26 (2026 г.).

Работа «Благоволение» – образец мастерского владения техникой меццо-тинто и глубоко эмоционального и философского авторского взгляда, пример сочетания западной техники печати и чисто японского эстетического осмысления мотивов с ярким благопожелательным значением. 


На листе вытянутого вертикального формата размером 30 на 10,3 см. в самом верху листа помещено изображением облаков, нанесëнных сусальным золотом. Под тонким листом золота просвечивает фон глубокого чëрного цвета, единый для всего листа. Эта тëмная подкладка и неравномерное нанесение позолоты придаëт золотому облаку вибрирующую, живую фактуру, цветовое и тональное разнообразие. От этого самого яркого акцента листа вниз спускается грациозная птица, легендарный феникса, изображëнная неярким белым цветом с также просвечивающим чëрным фоном, создающим сложную светотеневую моделировку фигуры фантастической птицы, и передающим лëгкость и пышность перьев хвоста, изысканно изгибающихся шлейфом.  

Феникс в японской культуре (Хо-о, 鳳凰) – мифическая птица, чей образ и символика были позаимствованы из Китая в VI-VII веках с принятием Японией буддизма. Феникс традиционно символизирует мир, процветание, верность, справедливость, часто ассоциируется с Солнцем (таким образом, в Японии оказался связан с главным божеством синтоистского пантеона – Аматэрасу-омиками), выступал защитником императорской власти, особенно – женской половины правящего дома. Феникс также считается одним из четырëх небесных стражей, а его изображение часто сочетается с драконом – репрезентацией мужского начала и власти императора.

Сложно решëнная фигура птицы в сложном ракурсе, с причудливым изгибом тела – один из иконографических канонов японской традиционной живописи, часто украшала стены или потолки храмовых залов и изображалась на ширмах, в том числе школы Римпа, как у неизвестного мастера периода Эдо (1603-1868), XVIII век (иллюстрация).
Этот иконографический канон имеет благопожелательный смысл: феникс, спускающийся с небес, несëт благость и процветание.
В нижней части листа практически скрытые темнотой фона, изображены стилизованный поток с водоворотами и реалистично показанные заросли павловнии с тëмно-зелëными листьями и бледными соцветиями. По легендам, феникс селится в кустах павловнии, принося счастье. Таким образом и само растение с крупными листьями и соцветиями мелких цветов, является символом благополучия и женского начала. В то же время, стилизованные изображения павловнии являются важным геральдическим знаком высоких родов в традиционной Японии и японского правительства сегодня.

Общая композиция листа выверена и при этом отличается оригинальным и нетрадиционным изменением баланса масс: изобразительные мотивы сосредоточены в верхней и нижней части листа, перекликаются изысканностью линий и форм, при том, что главный визуальный акцент поставлен в самом верху листа. Среднюю часть занимает крупное пятно собственно чëрного фона – подобный же приëм «осознанной пустоты» использовался в классической живописи для передачи бесконечной глубины пространства, однако «пустотой» в живописи выступал светлый цвет бумажного листа или шëлка, в данном же случае – бархатная чернота также передаëт глубину тëмного пространства и ощущение глубокой ночи. Этот же композиционный приëм придаëт листу особую декоративность, позволяя позолоте ярко контрастировать с темнотой, диагонально срезанному мотиву зарослей павловнии и потока.